HaEmunot veHaDeot, [Treatise III] Revelation and the Commandments

И говорю: возможно, некоторые люди не решаются держаться этой книги, потому что в ней не разъяснены толкования заповедей. И говорю: ибо она не единственная как продолжение нашей Торы; но есть у нас, кроме неё, ещё два продолжения. Одно — до неё: это источник разума. А второе — после неё: источник традиции. И то, чего мы не нашли в них и чем дополняются заповеди в их количестве и качестве, — этим.

Второе: возможно, кто‑то не решается держаться её, потому что думает, будто в ней есть противоречие, как сказано о Шмуэле (Шмуэль II 24:9): «И было Исраэля восемьсот тысяч мужей», а в Диврей‑ha‑Ямим (I 21:5): «И было всего Исраэля тысяча тысяч и сто тысяч мужей». И говорю: около трёхсот тысяч были записаны в книге царя — двадцать четыре тысячи на каждый месяц, как сказано (там же 27:1): «…на все месяцы года… двадцать четыре тысячи»; и в одном пророчестве опустили записанных, а в другом записали.

Третье: возможно, к этому приведёт его мысль, что в ней есть рассказ‑ложь, будто сын старше отца на два года: ибо Йехорам сын Йехошафата умер, и было ему сорок лет; и встал Ахазьяу, сын его, вместо него; и написано в Мелахим (II 8:26), что было ему двадцать два года, а в Диврей‑ha‑Ямим (II 22:2) — сорок два года. И говорю: число двадцать два — годы его жизни, а число сорок два — годы жизни его матери; и причина этого была в том, что из‑за неё он умер. А если потребует от нас требующий: как отнесли сына к числу, которое было до его существования? — то я исследовал это и нашёл, что бывает: один из Исраэля просит сына и даёт обет прежде, чем он будет одарён годами; и когда он будет одарён, он назовёт его «сын моего обета», как сказано (Мишлей 31:2): «Что, сын мой, и что, сын чрева моего, и что, сын обета моего». Так углубляются ищущие истину в вопросы, пока не прояснится им путь.

Четвёртое: возможно, поспешит спешащий из‑за заповедей жертв — то ли резать животных, то ли воскурять кровь и тук. И я приближу этот вопрос и скажу: Творец постановил всякому живому существу смерть и назначил каждому человеку дни его жизни; и назначил меру жизни животных до времени их убоя, и поставил убой на месте смерти. И если в убое есть больше страдания, чем в страдании смерти, — Он знает это, и тогда подобает дать им меру возмещения за то страдание. И мы скажем это, если добавка прояснится разумом, а не пророчеством. Но воскурение крови и тука Тора уже разъяснила: это установлено, чтобы человек размышлял об этом, ибо жилище душ наших — кровь, как сказано (Ваикра 17): «Ибо душа плоти — в крови». И когда мы видим это, мы возвращаемся к нашей душе сказать: «не будем больше грешить, чтобы не пролилась наша кровь и не сгорел наш тук, как мы видим».

Пятое: возможно, он подумает: как поселил Творец Свой свет среди людей и оставил чистых ангелов? И скажем: кто сообщил тебе, что Он оставил чистых ангелов без света? Ведь возможно, что Творец уже поселил среди них от Своего света вдвое больше того, что поместил среди людей; тем более что Писание сказало (Теилим 89:8): «Бог страшен в совете святых, велик… и грозен для всех вокруг Него», то есть для тех, кто вокруг того света.

Шестое: возможно, он удивится устройству Мишкана и скажет: что Творцу до шатра и завесы, и до горящих светильников, и до слышимого голоса напева, и до печёного хлеба, и до благовония, и до минхи из муки и вина и масла и плодов и подобного этому? И скажу — и Богом помогусь: всё это — из путей служения, не из пути нужды. Ибо разум уже вынес приговор, что Он не нуждается ни в чём, но всё нуждается в Нём. Однако Он задумал, чтобы служили Ему Его рабы из лучшего, что у них есть; а лучшее, что у них есть, — мясо и вино, и мука, и воскурение, и масло, и приятные вещи. И пусть приносят из этого немного — по их способности, а Он воздаст им много — по Его способности, как сказано (Мишлей 3:9): «Почитай Господа от имущества твоего… и наполнятся житницы твои…». И Он спасёт их от бед, от которых не спасёт их никто иной кроме Него, ради тех служений, как сказано (Теилим 50:11): «Принеси Богу жертву благодарения… и воздай Всевышнему обеты твои; и призови Меня в день бедствия — Я избавлю тебя…». И пусть почтят место того света, называемое Шхина, из своего имущества золотом и серебром и драгоценными камнями и прочими почётными вещами; и Он воздаст им за это тем, что покажет им пророчество из того Мишкана, как сказано о Мишкане (Шмот 29:43): «И встречусь там с сынами Исраэля, и освятится славой Моей». И так станет это место местом услышания молитвы общины и всякой беды, которая постигнет их, как рассказал Шломо при построении дома о вратах услышания молитв; и сказал ему Творец (Мелахим I 9:3): «Я услышал твою молитву и твоё моление, которым ты молился передо Мною».

Седьмое: что подумает о частях заповедей: как может человек, пока его тело в своём совершенном создании, быть «не цельным», а когда отрежут от него определённую часть — будет «цельным»; я имею в виду: обрезание? И разъясню: «цельное» — это то, в чём нет ни прибавления, ни убавления. И Творец создал этот орган у мужчины как прибавление; и когда он отрезает его, прибавление устраняется, и остаётся цельным.

Восьмое: что подумает о красной корове: как заповедь её была очищать нечистых и осквернять чистых? И скажем: не странно, чтобы одна вещь производила два действия, противоположные одно другому, в зависимости от тела, которое с ней соприкасается. Ибо мы видим: огонь расплавляет свинец и свёртывает молоко; и видим, что вода увлажняет кедр и сушит дерево, называемое алгами́з; и находим, что хорошая пища помогает голодному и вредит сытым; и находим, что важное лекарство помогает больному и вредит здоровому. И не странно, чтобы вещь очищала нечистого и оскверняла чистого.

Девятое: жертва, которую приносили Азазелю в Йом‑ha‑Киппурим, ибо людям представилось, что это имя демона. И говорю: Азазель — имя горы, как сказано в другом месте (Мелахим II 14:7): «…он поразил Эдом… и захватил Селу… и назвал её Йоктеэль до сего дня». И так же Явнеэль и Йерфаэль — всё места. И одного из двух козлов приносили за коэнов в Микдаше, а другого приносили за множество — вне Микдаша, по пути преимущества.

Но вопрос бросания жребиев, который ещё более странен, чем то, что в самом деле, я разъясню: это не из‑за различия того, кому приносят — ибо оба они жертва одному Богу. Но бросание жребиев — из‑за различия тех, за кого приносят: коэны и Исраэль. И подобает бросить жребии сначала; и когда у каждого будет «его», тогда принесёт его за свою душу ясно, что это — его приобретение.

Десятое: он скажет о «эгла аруфа» (телице с перерезанной шеей): как искупится ею народу грех, которого они не сделали? Ибо он уже предварил в начале вопроса (Дварим 21:1): «…найдётся убитый… не известно, кто убил его». И говорю: как подобает наказывать человека за то, что он делает то, чего не следует делать, так подобает наказывать его и за то, что он оставляет делать то, что следует делать. И эти упомянутые — если бы они поставили стражей и обходящих город, было бы известно, кто убил его; а поскольку не сделали так — они обязаны наказанием, и не только стоимостью той телицы, но и запретом сева на части их полей.

Одиннадцатое: что он видит народ, держащийся этой Торы, бедным и униженным? И скажем: если бы Он назначил людям Торы постоянное царство, неверующие сказали бы о них, что они не служат своему Богу, кроме как ради сохранения своей страсти — как ты знаешь, что сказали об Ийове. И ещё сказали бы о себе, что не служили потому, что Он унизил их и обесценил их и не дал им царства; а Творец возвеличил тех, и они не поверили, — и довод устоял бы против них. А Он унизил этих, и они не отреклись от Него, — и суд обязался им, как сказано (Теилим 44:19): «И не отступило назад сердце наше, и не уклонилась стопа наша от пути Твоего».

Двенадцатое: что он не нашёл в Торе воздаяния и наказания в будущем мире, но нашёл в ней только мирское воздаяние? И говорю: я уже выделил этому вопросу отдельную статью — статью девятую; я разъясню в ней всё, что нужно для этого вопроса, с помощью Творца, благословен Он.